g_equality (g_equality) wrote,
g_equality
g_equality

Categories:

«Учебник для мужчин» Олега Новоселова: оценка историков. Часть 2.

Начало в 1-й части.



Благая весть от Олега Новосёлова

Христианство для Олега Олеговича является ещё одним инструментом половой борьбы, который призван ослабить влияние женщин на развитый мужской мозг. «Основа христианства – свобода человека от животных инстинктов. Поэтому христианство было сначала встречено враждебно верхушкой Империи, привыкшей управлять толпой, манипулируя её животными инстинктами. И лишь когда эффективность новой религии стала очевидна (христиане не тратили своё время и ресурсы на удовлетворение животных инстинктов, а, значит, работали и жили лучше язычников), христианство постепенно стало доминирующей религией на всей территории Европы». (стр. 54).

Причины антихристианских кампаний достаточно хорошо изучены, по юридическим и нарративным источникам. Христианство отличается от других религий своего времени тем, что запрещает своим последователям участвовать в других культах. В том числе – культе императора, который был официальной религией и идеологией Рима.

Такой же запрет был и в иудаизме. Для иудеев сделали исключение, но запретили им заниматься прозелетизмом, т.е. обращать в свою веру другие народы (впрочем, иудеи не очень-то к этому и стремились). Как только христианство зримо выделилось из иудаизма, оно автоматически оказалось вне закона. И это было логично – ведь христиане не только отрицали культ императора, но и активно побуждали к этому других, не замыкаясь в рамках одного этноса. Главная духовная скрепа империи оказалась в опасности.

По всем сохранившимся документам христиан преследовали не за аскетичный образ жизни, а именно за отказ участвовать в культе императора. В конце концов, чтобы доказать свою лояльность христианин должен был не принять участие в оргии, а принести любую символическую жертву изображению императора.

Предположим, автор каким-то образом узнал, что отрицание официальной религии это лишь жалкий надуманный предлог, а на самом деле христиан преследовали именно за «отказ от животных инстинктов». В этом случае хотелось бы понять, каким образом автор это узнал. Открыл ли он какой-то новый исторический документ или просто научился проникать в прошлое силой мысли. Или ему просто снова потребовался какой-то свежий факт для развития сюжета.

Если автор прав, то почему закон не преследовал другие учения, подразумевающие обуздание страстей – например, стоиков? И почему император Траян, выяснив, что отказ от культа императора не имеет политического характера, дал указание негласно прекратить преследования христиан [9].

Вызывает вопросы и умозрительное допущение автора, будто бы христиане должны жить лучше язычников, потому что не тратят свои ресурсы на развлечения. С тем же успехом можно предположить, что христиане просто меньше работали, раз их удовлетворял более простой образ жизни. Чтобы уверенно судить о таких вещах, надо опираться на какую-то статистику труда внутри разных религиозных групп. А пока что факты говорят, что основная масса христиан, до того момента когда они получили государственное признание, жила существенно хуже язычников. По той простой причине, что ряды первых христиан пополнялись преимущественно из маргинальных слоёв [10] .

Таким образом, о раннем христианстве Олег Новосёлов имеет такое же смутное представление, как и обо всей античности.


Инквизиция и целибат на страже прогресса

Тема религии находит развитие в средневековых сюжетах «Учебника для мужчин». И тут, конечно, всё крутится около того же места: «Принципиальность католической церкви в антиматриархальном вопросе, а именно выведение ее полностью из-под женского влияния (обет безбрачия католических священников) дала изначально мощный толчок развития подконтрольным ей странам». (стр. 54)

Нельзя сказать, чтобы до Новосёлова никто не изучал причины развития средневековой экономики. В качестве таковых называются следующие:

1. Аграрная революция X – XIII вв. Это распространение трехпольного севооборота; увеличение засеваемых площадей; освоение новых культур.

2. Развитие технологий. Расширяется использование асимметричного колесного плута с отвалом и железных орудий труда, что позволяет проводить более глубокую вспашку. В XII – XIII веках менее чем за столетие было сделано больше изобретений, чем за предыдущую тысячу лет. В том числе появляются ветряные мельницы, бумажные производства, прядильное колесо.

Вероятно, по мнению автора, всё это было сделано под влиянием целибата. Но и он не спасает Европу от буржуазных революций, которые автор рассматривает как упадок цивилизации:

«Под благородными лозунгами свободы личности, просвещения и борьбы со средневековым мракобесием культурная традиция была изменена, а животные инстинкты уровня человеческого стада выпущены из-под контроля. Довершили дело некоторые человеческие самцы, не обладающие пониманием роли религии в эволюции Человечества»

… «остальные бросились этим учёным самцам поддакивать, ломать «бессмысленные» догмы и нарушать культурные запреты. Так родился либерализм и свобода личности…

Эту тенденцию обычно называют падением нравов, морали, духовности».



Здесь, прежде всего, не понятно, о каких «животных инстинктах», выпущенных на волю либерализмом говорит автор. В плане личных отношений как раз была тенденция к упорядочиванию. Например, кодекс Наполеона (1803 г.) впервые юридически закрепляет строгую моногамию. С этого момента оба супруга стали нести одинаковую ответственность за измену, а уголовным преступлением стало не только многомужество, но и многоженство.

Именно в Новое Время институт семьи начал принимать привычную для нас форму – семья становится ячейкой, в которой осуществляется воспитание ребёнка. До того семьи вокруг детей не центрировались и детей воспринимали преимущественно как «маленьких взрослых» [11].

В новосёловскую картину мира не вписывается, как минимум, Испания. В этой строгой католической стране было всё в порядке с целибатом, чего нельзя сказать о либеральных свободах. Но почему-то вместо расцвета Испания вступает в затяжную полосу упадка. По-видимому, без технологий целибат всё-таки не работает.

Конечно, автору может нравиться или не нравиться период Нового времени по каким-то идеологическим соображениям. Но бесспорно то, что в плане технологического прогресса Европа добилась за этот период гораздо больше, чем за всё средневековье. Именно с этим периодом связана промышленная революция, появление современной науки, колоссальное политическое преимущество над всем миром, благодаря которому европейские страны приступили к созданию своих колониальных империй.

Но,как мы уже знаем, автор ценит прогресс только в том случае, если его удаётся каким-то образом связать с целибатом. Надо сказать, что это очень странное представление о роли прогресса в истории.

Конечно, Олег Олегович имеет право на какие-то собственные субъективные представления о добре и зле. Вот, например, он считает правильным, что в былые времена женщин можно было не только бить, но и сжигать:

«святая инквизиция, проведя массовую "охоту на ведьм" и противопоставив женскому половому инстинкту инстинкт самосохранения, надолго отбила у женщин желание доминировать в обществе. Чем на несколько веков продлила жизнь европейской цивилизации» (54).


Вероятно, мы должны сожалеть, что с упадком морали эта замечательная духовная практика прекратилась. Однако любовь к кострам не даёт автору право приписывать инквизиции свои цели. У нас нет никаких указаний на то, что преследованию подвергались именно «женщины, желающие доминировать».

Вот что сообщает нам очевидец:

«Кажется, вовлечено полгорода: профессора, студенты, пасторы, каноники, викарии и монахи уже арестованы и сожжены… Канцлер с супругой и жена его личного секретаря уже схвачены и казнены. На Рождество Пресвятой Богородицы казнили воспитанницу князя-епископа, девятнадцатилетнюю девушку, известную своей набожностью и благочестием… Трёх-четырёхлетних детей объявляли любовниками Дьявола. Сжигали студентов и мальчиков благородного происхождения 9–14 лет. В заключение скажу, что дела находятся в таком ужасном состоянии, что никто не знает, с кем можно говорить и сотрудничать» [12] .


Хотя женщины и составляли большинство жертв, вопреки названию, под «охоту на ведьм» могли попасть и мужчины и дети обоих полов [13] . Известно, что инквизиция преследовала «еретиков» [14] . Другие процессы были мотивированы политически, либо желанием присвоить имущество жертвы (например, процесс тамплиеров или Жиля де Ре) [15]. Во многих случаях объект преследования выбирался по случайным внешним признакам.

Но вот благодатное влияние инквизиции кончилось, и женщины снова захотели доминировать. По мнению Олега Новосёлова

«Борьба женщин за свои права началась как борьба проституток. Поводов для выступлений было много, вроде невыплаты жалования задолжавшим проституткам матросам». (Стр. 238.).


На самом деле, если говорить о политической борьбе женщин за равноправие, то она восходит к периоду Войны за независимость в США (1775–1783). Первой американской феминисткой считают Абигейл Смит Адамс (1744–1818). Если же говорить о борьбе за свои права вообще, то здесь не представляется возможным говорить о чьём-то первенстве. В любом историческом периоде каждый сможет найти массу примеров на свой вкус. Олег Новосёлов, например, нашел проституток. А мог бы найти, например, монахинь в лице движения клариссинок. Это сплочённое женское сообщество выступало за право на обет безбрачия. Основательница ордена, Клара Ассизская, (1194 – 1253 гг.) так боролась за свои права, что даже сбежала от родителей, которые очень настойчиво пытались выдать её замуж.

Учитывая трогательное отношение к целибату странно, что автор проглядел этот пример.
Россия под гнётом женщин

Женщины на Руси начали ущемлять мужчин ещё в древности:

«В России еще в XII веке, если жена била мужа, то наказывали все равно мужа. Ст. 40 Устава князя Ярослава Мудрого о церковных судах гласила: "Аще жена бьет мужа, митрополиту 3 гривны". Учитывая, что гривна - около 200 г. серебра, штраф огромный» (Стр. 68.).


Начнём с того, что Устав Ярослава Владимировича достаточно сложный, многократно переписанный и исправленный документ. Он был составлен в конце XI века, причем авторству Ярослава принадлежат лишь введение и заключение. Некоторые ученые считают, что окончательно устав был сформирован к середине XII века. Устав дошел до нас в восточно-русской и западнорусской редакции. Статья, на которую ссылается, автор, существует только в восточной редакции Устава, которая составлена из нескольких списков, датируемых не ранее XV века [16]. Правда, это статья № 39, а не 40. Но кто ж считает.

В целом 39-я статья содержит меры наказания женщин, которые спорят или дерутся между собой. Ни из приведённой цитаты, ни из контекста не следует, что именно муж должен заплатить штраф митрополиту.

Возможно, автор исходит из допущения, будто женщины не имели собственного дохода. Но и это не соответствует действительности. В средневековой Руси женщины могли иметь доход и владеть имуществом [17] .

Почему-то автор забывает добавить, что устав Ярослава вообще не устанавливает наказания для мужа, бьющего свою жену. Хотя в нём есть наказание за побои чужой жены. Чтобы увидеть в таком документе угнетение мужчин, нужен какой-то особый талант. Если же рассматривать всю совокупность источников о семейном быте, картина станет ещё интереснее. Устав Ярослава делает акцент на ударах, наносимых женой мужу именно потому, что его составителям это кажется неслыханным нарушением установленного порядка. Автору более позднего памятника, «Домостроя», идея, что жена может ударить мужа, казалась настолько странной, что она даже не заслуживает упоминания [18].

Напоследок отметим, что система штрафов была добавлена в позднюю редакцию документа. XII век, о котором пишет Новосёлов, на Руси характеризуется как «безденежный» период, когда в ходу не было ни зарубежных ни собственных монет [19]. Оплата принималась, в основном, «натурой» вплоть до XIV века. Таким образом, ученым остается лишь гадать, чем бы виновным в данном преступлении пришлось платить митрополиту.

От далёких времён автор Олег Новосёлов непринуждённо переходит к ужасам XX века:

«Специфика нашей страны состоит еще и в том, что и во время революции, и во время правления коммунистического режима был проведен систематический геноцид мужского населения. Были изгнаны или уничтожены умные, богатые, самостоятельные, независимые мужчины на всех уровнях общества, от знати (включая царскую семью) и до крестьянства (кулаки)».


Под «геноцидом» принято понимать «действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую, религиозную или иную исторически сложившуюся культурно-этническую группу» [20].

Было бы интересно понять, к какой из перечисленных общностей автор относит мужчин. Допустим, перед нами какой-то новый, ещё не известный учёным вид геноцида. Но тогда мы должны ожидать, что репрессии были направлены исключительно против мужчин. Однако это не так.

Вот, например, опубликованы выборки по 1940, 1945-1953 гг. [21]. Из них следует, что численность женщин-осужденных колебалась от 17,2% (в 1940 г.) до 39,5% (в 1945 г.). Что касается кулаков, то большинство из них были репрессированы вместе с семьями, то есть логично ожидать, что примерно половина репрессированных на этом основании были женщинами. Если только автор не имеет в виду, что кулацкие семьи были исключительно гомосексуальными.

Советское государство, по мнению автора, вступило с женщинами в сговор ради совместной эксплуатации мужчин:

«Чтобы загнать мужчин в юридический капкан невыгодного им бесправного брака, был введен налог на бездетность. Женщина же в свою очередь для обеспечения детей загоняла вялого и безынициативного мужчину на низкооплачиваемую государственную работу (другой работы не существовало)».


Честно говоря, не вполне понятно, зачем государству был нужен такой хитрый план. Поскольку никакой «другой» работы не существовало, мужчина в любом случае был вынужден на неё пойти, чтобы просто не умереть с голоду. Кроме того, неработающий человек просто попадал под статью 209 УК РСФСР о тунеядстве.

Налог на бездетность действительно был, но он касался не только мужчин, им облагались «одинокие и семейные, не имеющие детей, граждане: мужчины в возрасте свыше 20 до 50 лет и женщины в возрасте свыше 20 до 45 лет» [22] .

Положение женщин было лишь немногим лучше, поскольку они прекращали платить этот налог на 5 лет раньше. Но это обстоятельство можно объяснить без обращения к «теории заговора», достаточно обратиться к представлениям о репродуктивном возрасте женщины.
В первой редакции закона (1941 год) от уплаты налога освобождались учащиеся, причём – мужчины до 25 лет, а женщины только до 23. В следующей редакции (1957 год) налог был отменён для незамужних женщин, что, кстати, вполне соответствует патриархальным представлениям, осуждающим мать-одиночку.

Как видите, никаких явно выраженных преимуществ для женщин здесь нет. Поскольку от налога избавлял не брак, а рождение ребёнка, закон никоим образом не мог стать средством принуждения к браку. Чтобы понять смысл этого налога, вспомним, о какой сумме идёт речь.
С заработка 150 рублей в месяц взималось всего 5 рублей. При заработной плате более 150 рублей налог изначально составлял 5 %, потом он был увеличен до 6 %. Но для малоимущих (при зарплате до 90р/мес) ставки были снижены. А для тех, кто получал менее 70 рублей в месяц, налог был отменен.

Из этих цифр видно, что государство решало вопрос пополнения бюджета за счёт бездетных мужчин и женщин, которым налог на бездетность был в одинаковой степени невыгоден. Но этот закон сам по себе не мог стать побудительным мотивом ни для заключения брака, ни даже для заведения ребёнка. Просто потому, что содержание ребёнка явно бы обошлось дороже взимаемого налога.

Довольно сложно представить себе мужчину, которого желание сэкономить пять рублей могло заманить в ещё более убыточный «юридический капкан». Конечно, автор считает, что у мужчин могли быть какие-то проблемы с восприятием непосредственной реальности, но не настолько же.

Другим инструментом доминирования женщин в СССР, по мнению Олега Олеговича, стало уголовное преследование за изнасилование:

«Женщина получила также возможность законного шантажа. Достаточно было простого заявления, чтобы осудить вступившего с ней в связь мужчину за изнасилование. Огромное количество мужчин сидело в лагерях и сидит до сих пор за то, что ударили свою жену во время семейной ссоры или по ложному обвинению в изнасиловании».


Автор не поясняет, откуда у него информация об «огромном количестве мужчин», которое сидит за ложное изнасилование. То ли он каждый раз «держал свечку», то ли просто верит осуждённым на слово. Мы же оставляем за собой право относиться со скепсисом и к утверждениям заключённых, сидящих не по самой почётной статье. И к личным симпатиям автора, убеждённого, что бить жену это в принципе нормально.

Но вот что определённо является неправдой, так это то, что для приговора было достаточно «простого заявления». Обратимся к БВС (Бюллетень Верховного Суда) СССР и судебной практике 1960-1990 гг. [23]. В них говорилось, например, что «домогательство, направленное на вступление в половую связь, само по себе не является доказательством наличия у лица умысла на совершение изнасилования» [24]. Что «приговор, основанный на односторонней оценке доказательств по делу, подлежит отмене» [25]. И что ещё один «приговор отменен в связи с недостаточным исследованием обстоятельств дела, имеющих значение для решения вопроса о виновности осужденного» [26]. Наконец, что «осуждение за изнасилование возможно лишь при установлении насильственных действий над потерпевшей» [27].

Таким образом, суды не базировались на голословных показаниях, они были обязаны точно установить факт преступления и даже отменяли приговоры, если доказательств было собрано недостаточно.

Ещё одно неверное представление Олега Новосёлова о советской судебной системе связано с разводом: «В случае развода и дети, и имущество, и будущий доход отбирались у мужчин и передавались женщинам».

Снова обратимся к цифрам. Согласно кодексу о браке и семье 1969 года [28] алименты взыскивались в размере: на одного ребенка – одной четверти, на двух детей – одной трети, на трех и более детей – половины заработка (дохода) родителей [29]. Однако статья 68 устанавливала, что сумма выплат могла быть уменьшена судом. Основная причина – наличие у родителя, обязанного платить алименты, других несовершеннолетних детей, которые оказались бы менее обеспеченными материально, чем дети, получающие алименты. Также учитывалось состояние здоровья алиментщика, материальное положение обеих сторон «и иные заслуживающие внимания обстоятельства». То есть сумма алиментов была довольно гибкой, никто не мог обобрать человека до нитки из-за них.

Также статья 54 кодекса о браке и семье 1969 года устанавливала, что «родители пользуются равными правами и несут равные обязанности в отношении своих детей и в случаях, когда брак расторгнут». Согласно статье 56 «родитель, проживающий отдельно от детей, имел право общаться с ними и обязан принимать участие в их воспитании, а «родитель, при котором проживают дети, не имел права препятствовать другому родителю общаться с детьми и участвовать в их воспитании». Все вопросы, которые нельзя было решить мирным путем, должны были решать органы опеки и попечительства совместно с родителями.
Добавим, что развестись в период курса на укрепление семьи было весьма непросто. С 1944 года постановление о разводе выносил суд, для него были нужны веские основания, а плата была повышена до 500 – 2000 рублей (по закону 1936 года – 100-200 рублей). У многих в то время просто не было денег на оплату пошлины.

Вот одно из писем, отражающее характерную бытовую ситуацию [30]:

«Я работаю рядовой колхозницей, имею двоих детей от незарегистрированного брака. С первым мужем была зарегистрирована в браке, но у меня от него не было детей, и я вынуждена была уйти. Развод я не взяла, т.к. нужно платить большую денежную сумму. Сейчас меня постигла большая нужда в воспитании детей, помощи от мужа и государства не получаю. Прошу помочь в разводе с первым мужем и установить государственное пособие как матери-одиночке на воспитание детей, а также отменить плату за развод».


Еще одна история:

«Я прожила с мужем 9 лет, было у нас четверо детей, он испугался такой семьи и ушел от нас. Пока я решала вопрос в судебных органах об алиментах, двое детей умерли, а на двух я получала алименты с большими перебоями, т.к. муж постоянно скрывался. В 1950 г. он упросил меня с ним сойтись, и он вновь прописался на мою площадь. Прожив четыре месяца, он вновь ушел от меня, оставив меня беременной. В 1951 г. я родила ребенка при кесаревом сечении. Райсобес г. Ступино не дает мне пособия, т.к. я не разведена с мужем, а мне за развод нечем платить. Вот уже на протяжении пяти лет я воспитываю детей одна на свою зарплату – 260 руб. Прошу отменить закон о взимании платы за развод и установить мне государственное пособие на воспитание детей».



Таким образом, советское семейное законодательство можно упрекнуть в том, что оно ставит интересы государства выше интересов личности. В том, что оно часто действует топорно и не эффективно. Но сказать, чтобы законодательство вручало женщинам какую-то особую власть над мужчинами нельзя. При возникновении конфликта обе стороны с одинаковым успехом могли использовать существующие законы, также как и их несовершенство в своих интересах.

Баллада о вечном матриархате

На протяжении всей работы автор пытается доказать, что женщины подло эксплуатировали мужчин с древнейших времён. Матриархат погубил Древний Рим, а пока Запад и СССР боролись за глобальное доминирование в обоих лагерях к власти пришли женщины:

«Стадный сексуальный рынок немедленно возродился и выплеснулся на улицы европейских городов разноцветьем модных женских нарядов, устанавливая культуру сексуальной провокации... Подчиняя себе политическую жизнь государств. Началась эра современного матриархата». (стр. 55.).

«В России матриархат был введен искусственно коммунистическим режимом и сохранен до сих пор» (стр. 279).



По-видимому, в какой-то момент у автора в голове становится слишком много матриархата и он заявляет:

«в реальной жизни матриархат в чистом виде не встречается нигде. А значительный матриархальный перекос в отношениях наблюдается крайне редко только у изолированных отсталых племен где-нибудь в джунглях» (стр. 35-36.).


Получается, что «матриархальный перекос» это не то же самое, что «матриархат»? Но в другом месте автор называет «матриархальный перекос» «формой государственного матриархата» (стр. 83).

Олег Новосёлов использует термин «матриархат» в каком-то своём оригинальном смысле, суть которого он сам не может членораздельно сформулировать.

Но даже столь неопределённого, размытого понятия оказывается недостаточно для торжества единственно верной теории. Сравнивая положение мужчин и женщин, Новосёлов постоянно прибегает к бесхитростной софистике. Он оценивает положение мужчин с точки зрения справедливости, а положение женщин с точки зрения целесообразности.

Например, когда мужчине присуждают алименты за чужого ребёнка это несправедливо. И этого факта Новосёлову достаточно, чтобы говорить об ущемлении мужчин, никаких других доводов тут не требуется. Но для женщины этот подход почему-то не годится, в случае с ней в дело неизменно вступает целесообразность. Причем эта целесообразность в рамках авторской теории понимается очень широко. Например, из книжки Новосёлова мы узнаём, что женщин целесообразно и бить и морить голодом. Потому что если женщину голодом не морить, она растолстеет и не сможет убежать от хищника. Это не шутка, у автора так и написано на с. 44.

То, что автор не считает женщину за человека, мы уже поняли. Но сейчас речь не об этом. Используя двойные стандарты, автор неизменно будет получать картину, где мужчины находятся в более ущемлённом положении, чем женщины. Если поменять критерии местами, да ещё и толковать целесообразность с новосёловским размахом, можно также легко получить диаметрально противоположные выводы. Но и то и другое будет банальным шулерством. Автор просто заложил в свою «методику» то, что он хочет доказать.

Заключение

В своём произведении Олег Новосёлов пренебрежительно высказывается о гуманитарных науках, намекая на то, что он сам является представителем наук «точных».

При этом в тексте «учебника для мужчин» нет никаких следов использования ни точных, ни гуманитарных знаний. Для своих построений автор использует три основных метода:

1. Наитие (когда он просто сообщает читателю как всё, по его мнению, было).

2. Условный пример (попытка представить, как бы себя повели наши предки в той или иной ситуации).

3. Рассказы случайных людей, часто полученные из вторых рук.

Автор не гнушается и физиогномикой, если она вписывается в ход его мысли. На странице 53 своих откровений Олег Олегович рассказывает упоительную историю о том, как некая его знакомая, разглядывая коллекцию античных бюстов, «чутьём самки» «безошибочно определила ослабленных благополучием подкаблучников».

Собственно, исторические факты Олег Олегович считает лишь иллюстрацией к своему бессмертному учению. В силу удивительно всесторонней безграмотности, практически каждый пример он приводит невпопад. Но, по большому счёту, исторические знания автору и не нужны. Свой текст, написанный при помощи наития, спонтанных ассоциаций и «самочного чутья» Олег Олегович без тени иронии называет «новейшим заветом» и последней «священной книгой», адресованной всему Человечеству.

В этом месте разум автора окончательно отрывается от реальности и, минуя грешные факты, уносится в эмпиреи Истины. Что абсолютно соответствует образу новосёловского мужчины, окрылённого теорией, но испытывающего трудности с непосредственным восприятием реальности. Так что «Учебник для мужчин» можно оценивать исключительно как художественное и при этом глубоко автобиографическое произведение. Это не ново, ведь о чём бы ни писал любой автор, он в конечном итоге пишет о себе. Только результат у всех разный. У Олега Новосёлова получилось развёрнутое эссе на тему «как бы я устроил мир, если бы был крупным доминирующим самцом».

Проблема в том, что этот мир не имеет никакого отношения к реальности. Дело не только в том, что он входит в противоречия с историей. Картина мира, созданная в «Учебнике для мужчин» имеет неразрешимые внутренние противоречия. Единственное, что придаёт этому эссе некоторый отблеск правдоподобия – тот простой и очевидный факт, что мы часто относимся друг к другу потребительски. Это относится в равной степени и к мужчинам и к женщинам. Но, по понятной причине, когда речь идёт об отношениях, каждая из сторон склонна винить другую.

Никто не может приказывать взрослому человеку как ему строить отношения. Вы можете презирать манипуляцию и стремиться к равноправному партнёрству. Вы можете считать равноправие утопией и верить, в то, что всех переманипулируете. Но ни тому, ни другому «Учебник для мужчин» научить вас не сможет. Просто потому, что автор даже приблизительно не понимает предмета, которому взялся обучать других.

ССЫЛКИ

Обзор был написан на 3-ю редакцию книги в электронном формате.

1. Дигесты I,5,9.

2. Гуревич Д., Рапсат-Шарлье М.-Т. Повседневная жизнь женщины в Древнем Риме. – М.: Молодая гвардия, 2006. – с. 61 – 75.

3. http://www.tulane.edu/~august/H303/handouts/Population.htm

4. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. – Екатеринбург, 2005 с. 42.

5. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. – Екатеринбург, 2005 с. 18 – 19.

6. Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. – Екатеринбург, 2005. – с. 16.

7. Пьер Брюле. Повседневная жизнь древнегреческих женщин в классическую эпоху. – М., 2005. – С. 153.

8. Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Биография Ликурга. Литературные памятники М. 1961. – С. 63 – 64.

9. Кулаковский Ю.А. История Византии. Т. 1. – СПб, Алетейя. – с. 92 – 93.

10. См. например Аман А.-Г. Повседневная жизнь первых христиан. – М., 2003; Свенцицкая И. С. Изгои вечного города. – М.: Вече, 2006.

11. Гуревич А.Я. Избранные труды. Т. 2. Средневековый мир. – М., 1999. – С. 498.

12. Бонн, начало XVII века. Из письма священника из Альфтера к графу Вернеру фон Сальму. Цит. по Молот ведьм//Вокруг света, Октябрь 2004.

13. Гуревич А.Я. Избранные труды. Т. 2. Средневековый мир. – М., 1999. – С. 523.

14. Рассел Д.Б. Колдовство и ведьмы в средние века. – С-Пб., 2001.

15. Барбер Малколм. Процесс тамплиеров. – М.: Энигма, 1998.

16. Памятники русского права / вып. 1 Под ред. С.В. Юшкова. – М.: Госюриздат, 1952. Стр. 269

17. George G. Weickhardt, “Legal Rights of Women in Russia, 1100-1750,” Slavic Review, Vol. 55, No. 1 (Spring, 1996), pp. 1-23; Eve Levin, “Women and Property in Medieval Novgorod: Dependence and Independence,” Russian History/HistorieRussie 10, No. 2 (1983), 154-169.

18. Nancy Shields Kollmann, “The Extremes of Patriarchy: Spousal Abuse and Murder in Early Modern Russia,” Russian History/HistorieRussie, 25, No. 1-2 (1998 Spring-Summer), 133.

19. И.Г.Спасский. "Русская монетная система". Денежное обращение в XII-XIV вв. Л., 1962 http://www.webcitation.org/67wJTZQN8

20. Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» № 1107-1 от 26 апреля 1991 (по состоянию на 1 января 2008). Ст. 2

21. Попов В.П. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг.: источники и их интерпретация./ Отечественные архивы. — 1992 — № 2. — С. 20-31. — с. 23

22. УКАЗ от 21 ноября 1941 года «О налоге на холостяков, одиноких и бездетных граждан СССР». Ст. 2. https://goo.gl/55Cqgj

23. Андреева Л. А. Квалификация изнасилований. Уч. Пособие. — СПб. — 1999 http://goo.gl/XjE8r4

24. БВС РСФСР 1963, №9

25. БВС РСФСР 1973, №4

26. БВС РСФСР 1974, №6

27. БВС РСФСР 1975, №3

28. http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_3261/

29. Алиментные обязательства, порядок уплаты и взыскания алиментов: Учебное пособие // Авторский коллектив Allpravo.ru. – 2006. http://goo.gl/vfXavJ

30. О письмах трудящихся, поступивших в ЦК КПСС по вопросам: о пособии одиноким матерям, о порядке регистрации детей и о законе о расторжении брака http://goo.gl/5alA5Z


Tags: Олег Новосёлов, Русь, СССР, история, критика, матриархат, семейное законодательство, средние века, христианство, целибат, эпоха возрождения
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments